Татьяна Михалкова и другие звезды, начинавшие с карьеры модели

Татьяна Михалкова, президент Благотворительного фонда «Русский силуэт»:

– В 70-е годы все мечтали быть космонавтами, учителями, врачами, а о профессии манекенщицы мало что знали. Это сейчас имена моделей известны всему миру, а тогда Советский Союз жил за железным занавесом, у нас выходил единственный журнал мод, страна одевалась по выкройкам, хотя и фабрики работали, и ткани выпускали, и одежду шили. Попала я в Общесоюзный дом моделей случайно. Шла по Кузнецкому Мосту, расстроенная тем, что меня не взяли на работу преподавателем английского в МАИ, сказали, что я очень юная, выгляжу как студентка, юбка слишком короткая — все в моем облике их не устроило. По дороге увидела объявление о наборе манекенщиц в Дом моделей. Там как раз проходил ежемесячный худсовет. Присутствовали художественный руководитель Турчановская, ведущие художники и начинающий Слава Зайцев. Не знаю, как решилась пойти, ведь не понимала, что необходимо делать. Но Слава, увидев меня, сразу сказал: «О, какие ножки, волосы! Боттичеллиевский образ юной красавицы. Берем!» Хотя туда приходили такие девушки модные, высокие. А мне и роста не хватало — 170 см, и вес был всего 47 килограммов. Хотя идеальный рост для модели 175–178, а у Славы девочки и под метр восемьдесят на подиум выходили. Но тогда на подиумах стал востребован образ Твигги, хрупкой девочки, и я подошла. Потом мне дали кличку «институточка», а Лева Анисимов, наш единственный мужчина-манекенщик, дразнил «грохот», потому что весила очень мало.

Позже поняла, что, попав в Общесоюзный дом моделей одежды, я вытянула счастливый билет. Это была случайность, но я получила шанс, которым и использовала. Дом моды был единственный, который выезжал за границу, представляя Советский Союз, там работали выдающиеся художники с красными дипломами, благодаря разработкам которых одевалась и обувалась вся страна, на подиум выходили лучшие манекенщицы. Там одевались актрисы и балерины, партийное руководство и их жены, супруги дипломатов, а то и глав иностранных государств.

Мне оформили трудовую книжку, запись в ней была «Манекенщица». Работа начиналась строго в 9 часов утра, на проходной нас встречала женщина из отдела кадров, а уходили мы часто в 12 ночи. Участвовали в примерках, в ежедневных показах, вечерами выезжали в Колонный зал, в Дом кино, на ВДНХ, в посольства. Отказаться было нельзя. Это со стороны кажется, что все это красивая картинка, легкий труд, но на самом деле он непосильный. К вечеру ноги сводило от того, что ты постоянно на каблуках, к тому же тогда не было армии визажистов и стилистов, мы сами гримировались, делали прически.

Труд манекенщицы считался неквалифицированным. Зарплата — рублей 70–80 в месяц, правда, отдельно доплачивали за съемки. У нас были свои преимущества. После показа коллекции мы могли приобрести вещи, которые демонстрировали на подиуме, или сшить вещь по лекалам. Помню, мне так нравилась юбка-миди, стоило ее надеть, на подиуме мне всегда бурно аплодировали, а когда ее купила, вышла в ней, спустилась в метро, и никто даже голову не повернул. Это, наверное, эффект сцены, образа, мейкапа. Позже меня перевели в экспериментальный цех на более льготное положение без ежедневных показов. Там разрабатывали коллекции для иностранных показов, и открывалась возможность поездок за рубеж.

Конечно, об этом мечтали все. Чтобы стать выездной, от нас требовалась незапятнанная репутация. Ведь мы представляли страну, были ее лицом. Даже демонстрируя одежду на подиуме, должны были всем своим видом излучать счастье, улыбаться. Это сейчас модели ходят с мрачными лицами. Перед поездкой за границу нас и в КГБ вызывали, вопросы задавали. В зарубежных поездках нам многое запрещалось — общаться с иностранцами, гулять самостоятельно, даже в лобби отеля пить одной кофе. Мы должны были сидеть вместе в номере. Помню, девочки ложились вечером накрашенные в кровать, в одежде, и после того, как проверяющий совершал вечерний обход, бежали на дискотеку. Я с ними не ходила, ждала весточки от Никиты (будущий муж, режиссер Никита Михалков. — Прим. «Антенны»), который тогда служил в армии, а письма за границу не доходили.

Моя личная жизнь сложилась отчасти благодаря подиуму. Как-то у нас был небольшой показ в Белом зале Дома кино, а в соседнем в это время шел фильм Ролана Быкова «Телеграмма», тогда Никита меня и увидел… На первое свидание меня собирал весь Дом моделей. Хотя руководство не приветствовало эти отношения, наш директор Виктор Иванович Ягловский даже говорил: «Таня, зачем тебе этот Маршак (так он почему-то называл Никиту), не надо с ним на людях появляться». Мы ведь еще не были женаты, да и поездка в Америку намечалась.

Позже Никита часто представлял меня учительницей, а не манекенщицей. Ему не нравилась моя профессия. Казалось, приходя в Дом моделей, я меняюсь биологически. Сама та атмосфера так на меня действует. Не хотел, чтобы я красилась. Даже заставил меня смыть всю косметику, когда пришла на первое свидание. Я удивлялась: «Артистки же твои в фильмах грим наносят» А вот когда переводами занималась, преподавала в Строгановке, ничего против не имел. Ну а какому мужчине понравится, что на его любимую все оборачиваются, разглядывают ее? Это сейчас время другое — некоторые готовы платить, чтобы их жена появилась в журнале или на показе, помогают ей сделать карьеру в кино, на телевидении.

В Доме моделей девочки редко делились личными подробностями, ведь их могли использовать против тебя, когда решался вопрос, кто поедет за границу. Некоторые вступали в партию, чтобы быть выездными. Порой замечала, что каких-то манекенщиц постоянно берут на зарубежные показы, но гораздо позже узнала, что, оказывается, у них были покровители. Я и не подозревала об этом, в такие вещи друг друга не посвящали.

На подиуме в 70-е царили манекенщицы за 30. Потому что в первую очередь разрабатывали модели на работающих женщин, которые могли позволить себе купить такие наряды. Это сейчас растиражирован образ девочки-подростка. А у нас были и пожилые манекенщицы, в Доме моделей трудились вообще долго, на пенсию даже уходили. Вот Валя Яшина, когда я там работала, показывала возрастную одежду.

С примой Региной Збарской я встретилась, когда она в очередной раз вышла из больницы и ее опять взяли в Дом моделей. Судьба ее сложилась трагически, она уже пострадала за свою любовь (Регина блистала на подиуме в 60-е, после предательства мужа несколько раз пыталась покончить с собой. — Прим. «Антенны»). Раньше была звезда подиума, а вернувшись, увидела, что наступило другое время, новые образы, девочки более молодые. Регина поняла, что не может войти в ту же реку дважды, а быть такой, как все, не хотела. И опять попала в больницу. Позже она работала у Зайцева в его Доме моды.

В коллективе я дружила в основном с Галей Макушевой, она родом из Барнаула, потом уехала в Америку. Многие разлетелись по миру, когда открылся железный занавес, а кому-то пришлось покинуть Союз еще раньше. Галя Миловская эмигрировала, когда в журнале вышла ее скандальная фотография, где она сидит на брусчатке спиной к Мавзолею, расставив ноги. Мила Романовская отправилась жить во Францию с художником Юрием Куперманом, Эллочка Шарова — во Францию, Августина Шадова — в Германию.

Я проработала манекенщицей пять лет, вынашивала и Аню, и Тему (Анна и Артем Михалковы. — Прим. «Антенны») на подиуме. А потом ушла. И, с одной стороны, счастлива, потому что видела, как растут дети, с другой — уже начался какой-то застой, стало неинтересно. Да и уставала я от такой работы. Это сейчас модель заключает договор с агентством, может работать в любом уголке мира, другой порядок гонораров, а тогда не было смысла держаться за место.

Я благодарна тому, что в моей жизни был такой период. Мы, манекенщицы, чувствовали себя первопроходцами: первые мини, шорты. Мне посчастливилось работать с выдающимися художниками, поездить по стране, представлять страну за границей, участвовать в уникальных показах таких, как для первой леди США Пэт Никсон и супруги генерального секретаря ЦК КПСС Виктории Брежневой. Мы жили в такой творческой атмосфере, что позже я долго не могла понять, почему, даже выезжая с Никитой за границу, ничего не могу себе приобрести. Мне казалось неприличным покупать готовую одежду. Нужно подходить творчески, сначала воодушевиться, выбрать ткань, фасон придумать, выступить ее художником. Мы ведь демонстрировали на показах вещи от-кутюр.

Когда десять лет назад мы снимали программу «Ты — супермодель» (я была там председателем жюри), я не уставала удивляться, какой у нас потрясающий генофонд: девочки из России работали на подиумах Парижа, Милана и Нью-Йорка. Но уже тогда ситуация изменилась, времена таких моделей, как Клаудиа Шиффер и Синди Кроуфорд, которые были успешны в карьере десятки лет, прошли. Теперь нужны новые лица, в 25 ты уже старушка. У дизайнеров другие требования, им важно, чтобы люди приходили смотреть на одежду, а не на модельных звезд.

Причастность к миру моды в молодости мне многое дала, и спустя годы я решила вернуться в эту индустрию, но уже в другом качестве. В 1997 году организовала фонд «Русский силуэт», который помогает молодым дизайнерам заявить о себе. Время расставило все на свои места. Теперь Никита не считает, что я занимаюсь несерьезным делом, поддерживает меня. Помогал мне находить новые имена в мире моды Слава Зайцев, с которым мы дружим уже полвека, он мой талисман по жизни. Порой на показы «Русского силуэта» выходят до 200 моделей. Благодаря опыту прежней работы я сразу вижу тех девочек, которых может ждать большое будущее…

Елена Метелкина, снималась в фильмах «Через тернии к звездам», «Гостья из будущего»:

После школы я какое-то время работала библиотекарем, ходила на курсы, собиралась поступать, но как-то увидела объявление о съемках в журнал мод, который выпускал дом моделей на Кузнецком Мосту, и меня взяли туда сниматься. Я была ростом 174 см, весила 51 кг и в свои 20 лет выглядела моложе, мне давали 16. Для журнала это годилось, а вот для показов в Доме моделей — нет. Мне посоветовали обратиться в демонстрационный зал ГУМа. Я попала на худсовет, и меня приняли. Ничему специально не учили, и только через пару недель перестала сильно бояться выходить на подиум.

Демонстрационный зал находился на первой линии третьего этажа, окна — на Кремль и Мавзолей. У нас были швейный цех и цех конструкторов, отделы ткани, обуви и мод. Одежду шили из ткани, которую предлагал ГУМ. Был у нас свой журнал мод, фотограф, художники. Манекенщиц работало 6–9 человек. Одежду шили отдельно на каждую, не все вещи другой модели ты мог надеть на себя. В обычные дни проходило два показа, в субботу — три, в четверг и воскресенье мы отдыхали. Все было как-то по-семейному, просто и без всякой конкуренции. Новеньких встречали доброжелательно, давали время освоиться, потом принимали. Некоторые женщины и по 20 лет там работали.

Демонстрационный зал служил и местом заседаний, комсомольцы там собирались, поэтому наверху висел лозунг «Вперед, к свершениям партии и правительства!». А когда приходил наш час, на колесиках выдвигали «язык» — подиум, который тянулся через весь зал. Паркет скрипел, висели плюшевые гардины, шторы-маркизы, огромная хрустальная люстра, которую потом продали какому-то провинциальному театру… За время работы я приобрела навык демонстрации одежды. Публика меня любила, потому что я выносила каждую вещь со своим настроением. На это накладывался комментарий диктора, ими были наши коллеги, манекенщицы старшего поколения. Их советы меня многому научили. И для нас, и для зрителей 45–60 минут показа были школой культуры одежды.

Запись в трудовой значилась как «демонстратор моделей одежды, рабочий V разряда». Ставка — 84–90 рублей плюс прогрессивка, которая зависела от функции зала, реализации билетов и коллекции. Ежемесячная премия могла достигать 40 рублей, но тогда и прожиточный минимум был 50 рублей. Сыр стоил 3 руб. 20 коп., швейцарский — 3 руб. 60 коп. Билет на показ — 50 копеек.

Через год после того, как пришла в ГУМ, я поехала с новой коллекцией в Чехословакию и Польшу. За годы работы манекенщицей побывала за границей 11 раз, в том числе в Венгрии и Болгарии. ГУМ дружил с большими универмагами этих стран. Мы могли приобрести одежду, которую показывали на подиуме, но приоритет был у людей известных. У нас закупалась Татьяна Шмыга, опереточная певица, актеры, жены директоров магазинов. Долгое время я носила эти вещи, они были мне впору, потом отдала родственникам. Как реликвии уже ничего не храню, а так даже не отрывала белые тряпочки на одежде, где было написано, что за коллекция, год выпуска, какого художника и что за мастерица сшила.

Демонстрационный зал ГУМа — мой ровесник, его организовали в 1953 году, пришла я туда в 1974 году и проработала пять лет с перерывом на съемки в картине «Через тернии к звездам» (писатель Кир Булычев и режиссер Ричард Викторов увидели фотографию Елены в журнале мод и поняли, кто может сыграть инопланетянку Нийю. — Прим. «Антенны») и рождение ребенка. Опять вернулась и выходила на подиум до 1988 года. Когда сыну Саше было два года, снялась в «Гостье из будущего», а потом меня уже не отпускали. Подиум стал закрыт через несколько лет после начала перестройки, поскольку появились другие требования, нужны были молодые, это у нас в свое время работали в ГУМе и 60-летние манекенщицы. 

Несмотря на большой успех фильма «Через тернии к звездам» (за первый год проката он собрал 20,5 млн зрителей. — Прим. «Антенны»), желания поступать во ВГИК у меня не возникло: ясно понимала, что в картине прозвучала только особенность моей внешности. Такой взлет настоящему актеру послужил бы большим трамплином в профессии, но, поскольку я на нее не претендовала, мне это помочь не могло. Актерством нужно гореть. К тому же не обладала хорошей памятью, необходимой для этого. Как модель, я тоже показывала каждый образ в определенном настроении, но безмолвно. У меня была хорошая женская профессия, было бы неразумно взять и все бросить.

О том, что «Через тернии к звездам» получил приз в Италии (в 1982 году на международном кинофестивале научно-фантастических фильмов в Триесте Метелкина была признана лучшей актрисой. — Прим. «Антенны»), я услышала позже. От нашей картины, которая вызвала большой интерес, никого не было. И приз вручили Донатасу Банионису, который там присутствовал как актер «Соляриса», но куда награда делась, никто не знает.

В 90-е я работала референтом у бизнесмена Ивана Кивелиди (считался одним из богатейших людей России. — Прим. «Антенны»), после его убийства осталась в его офисе, была и секретаршей, и уборщицей. Потом другая жизнь началась — стала в храм ходить, тоже помогала убираться, подружилась с прихожанками. Затем меня взяли воспитателем к детям с задержками развития. Мы с ними гуляли, дружили, чай пили, уроки готовили. Позже работала в магазине одежды. Пришла туда по объявлению о том, что требуются манекенщицы. Одежду показывала, девочек этому учила, делала объявления, потому что директор магазина считал, что мой голос вызывает доверие. Я вспомнила тогда свой ГУМ, как работали наши дикторы, и выдавала классику своей юности. Там же приобрела навык работы продавца. Для этого надо уметь почувствовать желания покупателя, знать ассортимент, поинтересоваться, что есть у женщины в гардеробе, и помочь его дополнить, чтобы сделать ее краше. Потом перешла в магазин обуви, ближе к дому. До сих пор встречаю порой кого-то на остановке, я их уже не помню, а люди благодарят: «До сих пор ношу, спасибо, что помогли».

Со мной разное приключалось. Сама я не ввязывалась в какие-то истории. Но, если со мной такое случилось, это можно назвать школой жизни. Привести в дом брачного авантюриста и поселить его в московской квартире родителей, за это себя ругала (на съемках картины «Через тернии к звездам» Елена познакомилась с будущим мужем, позже он пытался отсудить у нее жилье. — Прим. «Антенны»). Сейчас можно просто зарегистрировать человека, а тогда, прописавшись, он имел право на жилплощадь. Совершенно преступный, криминальный элемент. Мы с ним боролись четыре года. Это лишило меня особого доверия к мужскому полу и приостановило формирование семьи, хотя видела перед глазами хорошие примеры: сестра была замужем 40 лет, родители всю жизнь вместе. Мне казалось: или хорошо, или никак. С мужчинами я дружу, не дичусь их, но чтобы близко подпустить — нет. В паре должно быть в первую очередь доверие и уважение, мне не послали такой ситуации.

Сейчас служу при храме Покрова Пресвятой Богородицы в Покровском-Стрешневе. Он находится в лесу, возле прудов, рядом с усадьбой княгини Шаховской. У нас там своя жизнь: зоопарк, горки, детские праздники. Теперь мое общение с покупателями происходит в магазине при храме на темы: книги церковные, подарки к свадьбе, ко дню ангела, иконы, свечи, записки, которые я называю письмами любви. Когда покупательница меня спрашивает: «Где взять бумажки?», отвечаю: «Бланки. Для ваших писем о любви». Она улыбается и молится уже с улыбкой.

Сын раньше ремонтировал автомобили, а сейчас тоже со мной при храме заведует пекарней и складом продуктов. Ему 37 лет, еще не женился, хочет найти подругу, но с годами стал требовательный. Как-то со священниками нам с ним хорошо, они понятные люди.

Еще лет пять назад я была такого же веса, как и в молодости, а сейчас поправилась, вешу 58 кг (Елене 66 лет. — Прим. «Антенны»). Диет не придерживаюсь, но, поскольку пощусь, вес нормализуется. Пост ограничивает в необдуманном употреблении пищи и удовольствиях. И аппетит гаснет, и эмоции утихают.

Анастасия Макеева, актриса:

– В подростковом возрасте, лет в 11, я очень сильно вытянулась, стеснялась своего роста и потому сутулилась. Это стало причиной, почему мама отправила меня учиться на манекенщицу, хотя я, если честно, хотела заниматься танцами. Профессия модели мне никогда не нравилась, не мечтала ею стать, но возникла необходимость выправить осанку и походку, потому что я была не просто сутулая, а почти горбатая. В школе учили держать спину, правильно двигаться — не как крендель, а как молодая красивая девушка. Когда ты привыкла быть согнутой, а тут тебе на голову ставят книжку, которая вечно падает, хорошенько прикладывают линейкой по спине, чтобы ты понимала, что так ходить нельзя… У нас проходили занятия по этике, съемки в фотостудии, мы изучали стили, я бы сказала, что в совокупности это все достаточно развивающее и интересное мероприятие для девочки. А в студенческие годы модельное дело стало подработкой. Не окуналась в эту профессию так, чтобы чего-то существенного в ней достичь. Для моего плавания это изначально слишком мелкий тазик. Я снималась в рекламе, ходила по подиуму, участвовала в конкурсах красоты, потому что это весело и мне нравилось выигрывать подарки: то фен, то чайник, шоколадные конфеты. Когда приехала из Краснодара в Москву, продолжила участвовать в подобных мероприятиях, но не для того, чтобы показать всем, какая я красавица, или стать моделью на международном уровне. Просто быстро поняла, что весь этот сегмент модельного, шоу-бизнеса и кино тесно друг с другом связан. Мне было нужно войти в это общество. А на подиуме я скучала и потому хулиганила, улыбалась, сбрасывала с себя туфли и кидала их в зал, пела песни, и потому все забавные титулы вроде «Мисс обаяние», «Мисс очарование» были за мной.

Чувствовала ли я повышенное мужское внимание? Оно к моей персоне по жизни какое-то небольшое. Не потому что не хороша собой, просто никогда не представляла интереса для противоположного пола как легкая добыча, у меня на лице было написано, что я не тот фрукт. Поэтому ни в то время, ни позже не испытывала никакого дискомфорта. Многие считают, что актрисы идут вверх по карьерной лестнице через постель. Но знаете, кто так думает? Не мужчины, а женщины, которые не достигли того, о чем мечтали, а ты их желания воплотила в реальность. Вот и все. Такие завистливые особы считают, что мы просто ходим по сцене, говорим текст, ничего особенного не делаем, мы одинаковые с ними, но они честные и потому работают в офисе, а наш успех –только через постель. Мужчины же так не думают. Они в принципе боятся женщин успешных. Если ты такая, у тебя есть интеллект и он виден на лице, у них сразу возникает страх. Какое там приставать? Они сто раз подумают, что сказать, прежде чем подойти, чтобы не испытать унижение и не быть отвергнутым.

Модельный опыт помог мне в период подросткового формирования. А дальше он никак не пригодился. Во-первых, то, чему тогда училась, сейчас уже не актуально, а во-вторых, для дальнейшего движения вперед программа усложняется. Уже требуются остроумие, трудолюбие, любознательность и стремление к совершенствованию своего тела и способностей. Нужно быть пахарем в первую очередь.

Светлана Ходченкова, актриса

Модельную карьеру Светлана начала, когда еще была в старших классах школы. Уже в то время она ухитрилась поработать во Франции и Японии. А после окончания учебы продолжила сотрудничать с агентством и представляла, как в будущем будет покорять европейские Недели моды. Бросить это занятие девушка решила в том числе и потому, что неоднократно выслушивала неприличные предложения от мужчин. Грязная сторона данного бизнеса оказалась слишком непривлекательной и отбила у Светланы все желание в нем участвовать. Модная индустрия, несомненно, потеряла многое, когда Ходченкова с ней попрощалась, зато обрело кино. Поступив в театральный, Светлана начала сниматься сразу, будучи студенткой. И за свою дебютную роль в фильме Станислава Говорухина «Благословите женщину» в 2003 году была номинирована на премию «Ника». Заметил актрису и Голливуд. Она сыграла в картинах «Шпион, выйди вон!» и «Росомаха: Бессмертный», где сыграла главную злодейку — Гадюку, врага героя Хью Джекмана. Сегодня Светлана одна из самых востребованных артисток нашего кино, к 37 годам у нее на счету более 90 работ. Модельное прошлое в некоторой степени присутствует в ее жизни, Ходченкова является посланницей итальянского бренда ювелирных изделий Bulgari.

Юлия Снигирь, актриса

Путь будущей звезды в актерскую профессию был не быстрым. Сначала Юлия окончила факультет иностранных языков Московского педагогического университета и некоторое время даже преподавала английский детям. Но эта работа девушке наскучила. Поиски более интересного дела привели Юлию в рекламное агентство. Там ее природную фотогеничность заметили, и вскоре несостоявшаяся педагог стала успешной моделью и начала сниматься для глянцевых журналов. На одном из кастингов судьба свела Снигирь с помощницей известного режиссера Валерия Тодоровского Татьяной Тальковой. Она пригласила девушку на пробы в фильм «Стиляги». Роль красотке не доверили в силу отсутствия у нее опыта, однако Тодоровский посоветовал ей попробовать поступить в театральный, о чем девушка никогда не помышляла, но решила прислушаться. Так благодаря случайной встрече жизнь Юлии кардинально переменилась. В 2006 году на экраны вышел первый фильм «Последний забой» с ее участием. А сейчас в копилке актрисы более 40 картин, в том числе «Крепкий орешек: Хороший день, чтобы умереть», где она сыграла с Брюсом Уиллисом, и недавно вышедший сериал «Новый папа», в нем партнерами российской звезды стали Джуд Лоу и Джон Малкович. Кто знает, может быть, ничего этого бы и не было, если бы Снигирь не променяла профессию педагога на модельную карьеру.

Популярное за неделю

Полимер ЛТД

0
Когда нужны недорогие и причем высокого качества полиэтиленовые трубы, многие тут же отправляются в нашу фирму. Мы готовы предоставить выгодные условия, потому как и сами являемся производителем. Благодаря этому, минуя многочисленных посредников, осуществляем сами...

Потери года: звезды, которые ушли из жизни в 2020 году

0
С кем мы попрощались в этот високосный, «опасный» год.

Игры с заработком

0
Есть разнообразные варианты получения дохода в интернете. Тем не менее самым необычным и интересным, разумеется, является метод по заработку в игре. Стоит отметить, существуют игры, что просто напросто позволяют получить в общем-то мелочевку, ну...

Купить сухофрукты и орехи в Москве

Сейчас в каждом супермаркете масса разных продуктов, при этом довольно таки дешевых и вкусных. Но лучше не читать актуальный состав, в противном случае просто...

Игры с заработком

Есть разнообразные варианты получения дохода в интернете. Тем не менее самым необычным и интересным, разумеется, является метод по заработку в игре. Стоит отметить, существуют...

15 платьев, которые поразили наше воображение 5 лет назад

Мы не могли и подумать, что такое было возможно в 2015 году.

Где купить грузовик в СПБ

Приобрести сегодня легковую машину по сути нетрудно. Существуют уже тысячи разных автосалонов, они готовы предложить новые и естественно с пробегом машины. Но в случае...